Екатеринбург за свободу!

Можем повторить?! Никогда снова!

МОЖЕМ ПОВТОРИТЬ!

Когда я слышу эту фразу, я понимаю, что ее произнес тот, кто не представляет, ЧТО именно он хочет повторить.

Тех, кто прошел войну, с каждым годом все меньше, и скоро уже некому будет от первого лица рассказать, что бой – это не романтика, где красивые герои бесстрашно бегут навстречу врагу, а потом поют песни под гармошку, передавая друг другу папироску.

Это страх. Мертвые глаза тех, с кем ты накануне простецки болтал. Это оторванные конечности (и твои тоже). Это инстинктивное желание спрятаться от пуль: пусть даже они свистят мимо, кажется, что каждая из них летит тебе в голову. И запах. Кто из желающих повторить знает, чем пахнет война? А прошедшие ее знают. Едким дымом, режущим нос и глаза. Собственным потом. И кровью со смесью с раскаленным металлом.

L'immagine può contenere: 1 persona, fiore e spazio all'aperto

Это голод. Не тот, когда можно потерпеть до вечера, а потом наесться. А тот, о котором невозможно перестать думать. От которого умирают…

И мамам, одевающих своих маленьких детей в военную форму, потому что сами так хотят (бывает, садик или школа требует, и не всегда есть возможность безболезненно отказаться), вот этим мамам хочется дать в руки учебник истории, чтобы они сами увидели, в какую изрешеченную пулями тряпочку превращается новая чистенькая военная форма. Когда дети вырастут, они сами решат, кем хотят быть. И, если захотят стоять на страже рубежей Родины в каком-то роде войск, вы, Мамы, с достоинством и осознанием их выбора расправите складочки на их военной форме и попросите командиров сберечь ваших детей. Но не надо восторженным малышам внушать, что война – это праздник.

L'immagine può contenere: 5 persone, tra cui Татьяна Знак e Michail Borisov, persone in piedi e spazio all'aperto

Потому что война – это не когда ваш сынишка, наигравшись во дворе и «победив всех», прибегает домой ужинать, когда вы его позвали, это – вот так:

*****
Литрами – кофе. Окурки на лестнице.
Трупы вчерашних безумных надежд.
Стоит напиться. А лучше – повеситься.
Разум, как нищая бабка, несвеж.

Остановили течение времени
Длинные жесткие лапы судьбы.
Сколько же нужно тоски и смирения,
Чтобы о сыне сказать слово «был»?!

Просто и страшно – надежды растаяли.
Цинковым ужасом в доме беда.
Что мне посмертные ваши медали, и
Что ваши веники мне, «господа»?!

Бьются о прошлое воспоминания:
Сколько их было, бесценных минут,
Что самым страшным из всех наказанием
Мне никогда ни за что не вернут?

Комнаты гулким тревожным молчанием
Лепят в ночи мешанину из снов…
Боже, за что – со звериным отчаяньем
Видеть улыбки чужих пацанов?

Перебирать фотографии детские,
Рвать себе душу – «могла бы спасти…»,
Зубы сжимая на чье-то соседское
Дикое странное «Всё, отпусти».

В завалидоленном сердце — иголками – 
Фразы-обрывки из писем твоих.
Стали мгновенья бессмысленно-долгими…
Пуля – одна. А убила двоих.

Время усохло и сжалось до прошлого.
Жизнь – грязно-серым промокшим листом…
Не отпускаю тебя я, хороший мой.
Нет нас на свете – ни этом, ни том.
***
(Леся Кораблева, 2010 год)
Митинг Памяти воинов-уральцев, 8.05.19, Екатеринбург. Много фото автора — Леси Кораблевой можно найти здесь.

Фото Марины Сотниковой см. по ссылке.
Видео от Дмитрия Чирикова

Обсудить текст статьи можно по ссылке в фейсбуке или ВКонтакте.

Поделись в социальных сетях: